Прилетел на Родину! Уф. В поездке писать учился со скуки... Вот, что вышло. Плавающие подвесы. Где волна с волною говорит. Причины и следствия. Звук на просторе не имеет краев. Он растекается, сходя на нет, не имея преград для акцентированных отражений. Горит ровно, как свеча в безветренную погоду. В комнате эти края имеются. Они отчетливо определяются стенами, окнами - границами комнаты - отражениями от них. В акустическом кабинете, который звучит в комнате, есть свои границы - границы деревянного короба. Но и в динамике, который закреплён в кабинете, тоже есть свои границы - границы диффузора. Подвесы. Все эти, вложенные друг в друга, как матрешка, границы являются источниками паразитных резонансов и искажений нашей системы. Они преграждают путь ровному течению звука, деформируют, сминают его. Из границ динамика этот увечный звук попадает в ловушку границ кабинета, потом комнаты. И, наконец, в поле нашего слуха и воображения. А воображение уже пытается довести этого уродца до уровня музыкального рисунка. Все мы, в меру своих сил строя систему, ведём борьбу с искажениями в звуке, приходящими от стен студии и стенок акустических кабинетов. Никто не ведёт борьбу с искажениями, порождёнными границами диффузора. С первопричиной всей этой "собачей свадьбы" искажений, которая вырастает из малозначимых на первый взгляд границ диффузоров наших излучателей. Влияние подвесов на звук известно и очевидно. Они ухудшают микродинамику, вносят в звучание массу искажений, обусловленных своими механическими свойствами, структурой материала, методом вклейки и проч. Убрать их притом не представляется возможным. Lowther вырастил целую религию почитателей особого подхода, так и не добившись полноценного звука на своих динамиках. Потому что, если убрать губы, зубам будет холодно. Это знали ещё древние китайцы. Упругость и гибкость подвесов определяет меру натянутости струн музыкальных инструментов, точность и глубину звучания, его тактильность. Проблема только в том, что упругость и гибкость - понятия, исключающие друг друга. Конструкция пушпульного подвеса была попыткой согласовать их между собой. Отчасти это удалось. Но не решило проблему звучания самих, пусть теперь и пушпульных, подвесов. Волна звучит иначе чем плоскость. Понятно, что речь здесь не о нелинейной упругости подвесов. А о том, что именно волна останавливает звук по краям звучания и становится при этом источником резонанса. Именно волну мы слышим в звучании прежде всего и ярче всего. Все паразитные "Ш", "Ч", "Ц", "С" - это звучание не диффузора, но волн верхнего подвеса, кольца вклейки катушки в диффузор, самой катушки и центрирующей шайбы нижнего подвеса. То есть это звучание элементов конструкции, которые вообще не призваны участвовать в звукоизвлечении. Амплитуда резонанса в разы больше амплитуды базового звучания. Именно подвесы делают звук "электронным". Убираем паразитные резонансы - получаем акустическое звучание. Получаем глубину проработки звука. Инструменты звучат одинаково подробно и внятно вне зависимости от их местоположения на сцене. Звук голоса равномерен по диапазону и не ограничен паразитными согласными по краям даже при большой амплитуде. Легко и отчетливо слышны малейшие эмоциональные модуляции голоса. Центр тяжести звука самостоятельно находит правильное место. Звук совершенно меняет структуру организации. Приходит свобода. Ноты сияют и лучатся, как это и должно быть при жизни - в зале с достойной акустикой. ...и плавающие подвесы значительно приближают нас к этому.
Вложения: |
IMG_2819.JPG [ 400.18 КБ | Просмотров: 2022 ]
|
|